Книга Урантии - Текст 188
Час погребения

Книга Урантии      

Чст IV. Жизнь и Учения Иисуса



    Те полтора дня, в течение которых смертное тело Иисуса покоилось в гробнице Иосифа, промежуток времени между его смертью на кресте и его воскресением — это малоизвестная нам глава земного пути Михаила. Мы можем рассказать о погребении Сына Человеческого и включить в это повествование события, связанные с его воскресением, но не можем сообщить много достоверных сведений о том, что в действительности происходило в этот тридцатишестичасовой период — с трех часов дня в пятницу до трех часов утра в воскресенье. Этот период бытия Учителя начался незадолго до того, как римские солдаты сняли его с креста. Он висел на кресте около часа уже после смерти. Его сняли бы раньше, если бы не необходимость добить двоих разбойников.

188:0.1 (2012.1) THE day and a half that Jesus’ mortal body lay in the tomb of Joseph, the period between his death on the cross and his resurrection, is a chapter in the earth career of Michael which is little known to us. We can narrate the burial of the Son of Man and put in this record the events associated with his resurrection, but we cannot supply much information of an authentic nature about what really transpired during this epoch of about thirty-six hours, from three o’clock Friday afternoon to three o’clock Sunday morning. This period in the Master’s career began shortly before he was taken down from the cross by the Roman soldiers. He hung upon the cross about one hour after his death. He would have been taken down sooner but for the delay in dispatching the two brigands.

    Правители евреев намеревались бросить тело Иисуса в открытые могильные ямы в Геенне, к югу от города; так было принято поступать с жертвами распятия. Если бы это намерение осуществилось, тело Учителя превратилось бы в добычу для диких зверей.

188:0.2 (2012.2) The rulers of the Jews had planned to have Jesus’ body thrown in the open burial pits of Gehenna, south of the city; it was the custom thus to dispose of the victims of crucifixion. If this plan had been followed, the body of the Master would have been exposed to the wild beasts.

    Между тем Иосиф Аримафейский в сопровождении Никодима пошел к Пилату и попросил, чтобы тело Иисуса было передано им для подобающего погребения. Не было ничего необычного в том, что друзья распятых людей предлагали римским властям мзду за право забрать тела. Иосиф явился к Пилату с большой суммой денег на случай, если потребуется заплатить за разрешение отнести тело Иисуса в личную гробницу. Но Пилат не пожелал брать за это деньги. Услышав просьбу, он быстро подписал приказ, дающий Иосифу право отправиться на Голгофу и немедленно получить тело Учителя в полное свое распоряжение. Тем временем песчаная буря заметно стихла, и несколько евреев, представителей синедриона, отправились на Голгофу убедиться, что тело Иисуса отправлено в общие открытые могильные ямы вместе с телами разбойников.

188:0.3 (2012.3) In the meantime, Joseph of Arimathea, accompanied by Nicodemus, had gone to Pilate and asked that the body of Jesus be turned over to them for proper burial. It was not uncommon for friends of crucified persons to offer bribes to the Roman authorities for the privilege of gaining possession of such bodies. Joseph went before Pilate with a large sum of money, in case it became necessary to pay for permission to remove Jesus’ body to a private burial tomb. But Pilate would not take money for this. When he heard the request, he quickly signed the order which authorized Joseph to proceed to Golgotha and take immediate and full possession of the Master’s body. In the meantime, the sandstorm having considerably abated, a group of Jews representing the Sanhedrin had gone out to Golgotha for the purpose of making sure that Jesus’ body accompanied those of the brigands to the open public burial pits.

1. Погребение Иисуса   

1. The Burial of Jesus

    Придя на Голгофу, Иосиф и Никодим увидели, как солдаты снимают Иисуса с креста, а рядом стоят представители синедриона, следя, чтобы никто из последователей Иисуса не помешал бы опустить тело в могильную яму для преступников. Когда Иосиф предъявил центуриону приказ Пилата относительно тела Учителя, евреи подняли шум и стали громко требовать, чтобы тело отдали им. Впав в неистовство, они попытались силой отобрать тело, но когда попытались это сделать, центурион подозвал к себе четверых солдат, и те с обнаженными мечами встали над телом Учителя, лежащим на земле. Остальным солдатам центурион приказал оставить тела двух разбойников и отогнать эту толпу разъяренных евреев. Когда порядок был восстановлен, центурион зачитал евреям выданное Пилатом разрешение и, отступив в сторону, сказал Иосифу: «Это тело — ваше, и вы вольны делать с ним все, что сочтете нужным. Я и мои солдаты будем находиться рядом и проследим, чтобы ни один человек не помешал вам».

188:1.1 (2012.4) When Joseph and Nicodemus arrived at Golgotha, they found the soldiers taking Jesus down from the cross and the representatives of the Sanhedrin standing by to see that none of Jesus’ followers prevented his body from going to the criminal burial pits. When Joseph presented Pilate’s order for the Master’s body to the centurion, the Jews raised a tumult and clamored for its possession. In their raving they sought violently to take possession of the body, and when they did this, the centurion ordered four of his soldiers to his side, and with drawn swords they stood astride the Master’s body as it lay there on the ground. The centurion ordered the other soldiers to leave the two thieves while they drove back this angry mob of infuriated Jews. When order had been restored, the centurion read the permit from Pilate to the Jews and, stepping aside, said to Joseph: “This body is yours to do with as you see fit. I and my soldiers will stand by to see that no man interferes.”

    Распятый человек не мог быть похоронен на еврейском кладбище; существовал закон, строго запрещающий это. Иосиф и Никодим знали этот закон и по дороге к Голгофе приняли решение похоронить Иисуса в новой семейной гробнице Иосифа, вырубленной в массивной скале и находящейся неподалеку, к северу от Голгофы, по другую сторону от дороги, ведущей в Самарию. Никого еще никогда не хоронили в этой гробнице, и они сочли ее подходящей для того, чтобы в ней покоился Учитель. Иосиф действительно верил, что Иисус восстанет из мертвых, но Никодим испытывал сильное сомнение. Эти бывшие члены синедриона свою веру в Иисуса старались хранить в тайне, хотя другие члены синедриона давно их подозревали, даже еще до того, как они вышли из совета. Отныне они были самыми открытыми учениками Иисуса во всем Иерусалиме.

188:1.2 (2013.1) A crucified person could not be buried in a Jewish cemetery; there was a strict law against such a procedure. Joseph and Nicodemus knew this law, and on the way out to Golgotha they had decided to bury Jesus in Joseph’s new family tomb, hewn out of solid rock, located a short distance north of Golgotha and across the road leading to Samaria. No one had ever lain in this tomb, and they thought it appropriate that the Master should rest there. Joseph really believed that Jesus would rise from the dead, but Nicodemus was very doubtful. These former members of the Sanhedrin had kept their faith in Jesus more or less of a secret, although their fellow Sanhedrists had long suspected them, even before they withdrew from the council. From now on they were the most outspoken disciples of Jesus in all Jerusalem.

    Примерно в половине пятого погребальная процессия с телом Иисуса из Назарета двинулась с Голгофы к гробнице Иосифа, находившейся по другую сторону дороги. Тело завернули в полотняную пелену, и его несли четверо мужчин, за которыми шли присутствовавшие там преданные верующие женщины из Галилеи. Смертное тело Иисуса несли Иосиф, Никодим, Иоанн и римский центурион.

188:1.3 (2013.2) At about half past four o’clock the burial procession of Jesus of Nazareth started from Golgotha for Joseph’s tomb across the way. The body was wrapped in a linen sheet as the four men carried it, followed by the faithful women watchers from Galilee. The mortals who bore the material body of Jesus to the tomb were: Joseph, Nicodemus, John, and the Roman centurion.

    Они внесли тело в гробницу, в склеп площадью примерно в десять квадратных футов, и быстро стали готовить его к погребению. Евреи, в сущности, не хоронили своих мертвых; они бальзамировали их. Иосиф и Никодим принесли с собой много мира и сока алоэ и теперь завернули тело в бинты, пропитанные этими веществами. Когда бальзамирование было закончено, они обвязали лицо платком, завернули тело в полотняную пелену и благоговейно положили его на плоский каменный возвышающийся уступ в гробнице.

188:1.4 (2013.3) They carried the body into the tomb, a chamber about ten feet square, where they hurriedly prepared it for burial. The Jews did not really bury their dead; they actually embalmed them. Joseph and Nicodemus had brought with them large quantities of myrrh and aloes, and they now wrapped the body with bandages saturated with these solutions. When the embalming was completed, they tied a napkin about the face, wrapped the body in a linen sheet, and reverently placed it on a shelf in the tomb.

    После того, как тело поместили в гробницу, центурион подал знак своим солдатам, чтобы те помогли подкатить ко входу в гробницу закрывающий его камень. Затем солдаты подняли тела разбойников и отправились в Геенну, а остальные в печали вернулись в Иерусалим, чтобы в соответствии с законами Моисея отмечать праздник Пасхи.

188:1.5 (2013.4) After placing the body in the tomb, the centurion signaled for his soldiers to help roll the doorstone up before the entrance to the tomb. The soldiers then departed for Gehenna with the bodies of the thieves while the others returned to Jerusalem, in sorrow, to observe the Passover feast according to the laws of Moses.

    Погребение Иисуса совершалось довольно торопливо и наспех, потому что это был день подготовки к Пасхе и уже приближалась суббота. Мужчины поспешили вернуться в город, но женщины пробыли возле гробницы до полной темноты.

188:1.6 (2013.5) There was considerable hurry and haste about the burial of Jesus because this was preparation day and the Sabbath was drawing on apace. The men hurried back to the city, but the women lingered near the tomb until it was very dark.

    Пока все это происходило, женщины прятались тут же поблизости, так что они все видели и запомнили, куда положили Учителя. Прятались же они потому, что в подобные моменты женщинам не разрешалось быть рядом с мужчинами. Эти женщины посчитали, что Иисуса недостаточно хорошо приготовили к погребению, и договорились вернуться в дом к Иосифу, пробыть там всю субботу, изготовить благовония и умащения и вернуться в воскресенье утром, чтобы должным образом приготовить тело Учителя к упокоению. Этими женщинами, находившимися в ту пятницу вечером возле гробницы, были: Мария Магдалина, Мария — жена Клеопы, Марфа — одна из сестер матери Иисуса и Ревекка из Сепфориса.

188:1.7 (2013.6) While all this was going on, the women were hiding near at hand so that they saw it all and observed where the Master had been laid. They thus secreted themselves because it was not permissible for women to associate with men at such a time. These women did not think Jesus had been properly prepared for burial, and they agreed among themselves to go back to the home of Joseph, rest over the Sabbath, make ready spices and ointments, and return on Sunday morning properly to prepare the Master’s body for the death rest. The women who thus tarried by the tomb on this Friday evening were: Mary Magdalene, Mary the wife of Clopas, Martha another sister of Jesus’ mother, and Rebecca of Sepphoris.

    Кроме Давида Зеведеева и Иосифа Аримафейского, очень немногие из учеников Иисуса действительно верили или понимали, что он должен восстать из гробницы на третий день.

188:1.8 (2013.7) Aside from David Zebedee and Joseph of Arimathea, very few of Jesus’ disciples really believed or understood that he was due to arise from the tomb on the third day.

2. Охрана гробницы   

2. Safeguarding the Tomb

    Если последователи Иисуса не придавали особого значения его обещанию восстать из могилы на третий день, то этого нельзя было сказать о его врагах. Первосвященники, фарисеи и саддукеи не забыли известных им слов Иисуса, что он восстанет из мертвых.

188:2.1 (2014.1) If Jesus’ followers were unmindful of his promise to rise from the grave on the third day, his enemies were not. The chief priests, Pharisees, and Sadducees recalled that they had received reports of his saying he would rise from the dead.

    В эту пятницу после пасхального ужина около полуночи несколько еврейских правителей собрались в доме у Каиафы и стали делиться своими опасениями относительно утверждений Учителя, что на третий день он восстанет из мертвых. По завершении собрания назначили делегацию из членов синедриона, которая рано утром на следующий день должна была посетить Пилата и передать ему официальную просьбу синедриона поставить римскую стражу перед гробницей Иисуса, чтобы не дать его друзьям проникнуть в нее. От имени этой делегации один из ее членов сказал Пилату: «Господин, мы вспомнили, что обманщик этот, Иисус из Назарета, еще будучи в живых, сказал: „После трех дней я воскресну“. Поэтому мы пришли к тебе просить, чтобы ты отдал такие распоряжения, которые оградили бы гробницу от его последователей, по крайней мере, до исхода третьего дня. Мы очень опасаемся, как бы его ученики не пришли и не выкрали его ночью, чтобы затем возвестить народу, что он восстал из мертвых. Если мы это допустим, то совершим гораздо более серьезную ошибку, чем даже если бы оставили его в живых».

188:2.2 (2014.2) This Friday night, after the Passover supper, about midnight a group of the Jewish leaders gathered at the home of Caiaphas, where they discussed their fears concerning the Master’s assertions that he would rise from the dead on the third day. This meeting ended with the appointment of a committee of Sanhedrists who were to visit Pilate early the next day, bearing the official request of the Sanhedrin that a Roman guard be stationed before Jesus’ tomb to prevent his friends from tampering with it. Said the spokesman of this committee to Pilate: “Sir, we remember that this deceiver, Jesus of Nazareth, said, while he was yet alive, ‘After three days I will rise again.’ We have, therefore, come before you to request that you issue such orders as will make the sepulchre secure against his followers, at least until after the third day. We greatly fear lest his disciples come and steal him away by night and then proclaim to the people that he has risen from the dead. If we should permit this to happen, this mistake would be far worse than to have allowed him to live.”

    Выслушав просьбу синедриона, Пилат сказал: «Я дам вам десять солдат для охраны. Ступайте же и обеспечьте охрану гробницы». Они вернулись в храм, взяли десять своих собственных стражников и с этими десятью еврейскими стражниками и десятью римскими солдатами, несмотря на субботнее утро, пошли к гробнице Иосифа, чтобы выставить охрану перед гробницей. Эти люди подкатили ко входу в гробницу еще один камень и приложили печать Пилата к этим камням и всему вокруг, дабы ничего нельзя было сдвинуть без того, чтобы они этого не увидели. И эти двадцать стражей оставались в карауле вплоть до момента воскресения, а евреи приносили им пищу и питье.

188:2.3 (2014.3) When Pilate heard this request of the Sanhedrists, he said: “I will give you a guard of ten soldiers. Go your way and make the tomb secure.” They went back to the temple, secured ten of their own guards, and then marched out to Joseph’s tomb with these ten Jewish guards and ten Roman soldiers, even on this Sabbath morning, to set them as watchmen before the tomb. These men rolled yet another stone before the tomb and set the seal of Pilate on and around these stones, lest they be disturbed without their knowledge. And these twenty men remained on watch up to the hour of the resurrection, the Jews carrying them their food and drink.

3. В течение субботнего дня   

3. During the Sabbath Day

    На протяжении всего субботнего дня ученики и апостолы продолжали скрываться, а весь Иерусалим обсуждать смерть Иисуса на кресте. В Иерусалиме в это время находилось почти полтора миллиона евреев из всех частей Римской империи и из Месопотамии. Было начало Пасхальной недели, и всем паломникам предстояло еще быть в городе, узнать о воскресении Иисуса и разнести эту весть по своим домам.

188:3.1 (2014.4) Throughout this Sabbath day the disciples and the apostles remained in hiding, while all Jerusalem discussed the death of Jesus on the cross. There were almost one and one-half million Jews present in Jerusalem at this time, hailing from all parts of the Roman Empire and from Mesopotamia. This was the beginning of the Passover week, and all these pilgrims would be in the city to learn of the resurrection of Jesus and to carry the report back to their homes.

    В субботу поздно вечером Иоанн Марк призвал одиннадцать апостолов, чтобы те тайно пришли в дом его отца, где все и собрались незадолго до полуночи в той же комнате наверху, где за два вечера до этого проходила Последняя Вечеря с Учителем.

188:3.2 (2014.5) Late Saturday night, John Mark summoned the eleven apostles secretly to come to the home of his father, where, just before midnight, they all assembled in the same upper chamber where they had partaken of the Last Supper with their Master two nights previously.

    Мать Иисуса Мария с Руфью и Иудой в эту субботу вечером вернулись в Вифанию и перед заходом солнца уже были в кругу своей семьи. Давид Зеведеев остался в доме у Никодима, где он договорился встретиться со своими вестниками в воскресенье рано утром. Женщины из Галилеи, которые готовили благовония для повторного бальзамирования тела Иисуса, расположились в доме у Иосифа Аримафейского.

188:3.3 (2014.6) Mary the mother of Jesus, with Ruth and Jude, returned to Bethany to join their family this Saturday evening just before sunset. David Zebedee remained at the home of Nicodemus, where he had arranged for his messengers to assemble early Sunday morning. The women of Galilee, who prepared spices for the further embalming of Jesus’ body, tarried at the home of Joseph of Arimathea.

    Мы не в состоянии до конца объяснить, что происходило с Иисусом из Назарета в течение этих полутора дней, когда он должен был покоиться в новой гробнице Иосифа. Очевидно, что он умер на кресте той же естественной смертью, как умер бы любой другой смертный в подобных же обстоятельствах. Мы слышали, что он сказал: «Отче, в руки твои предаю дух мой». Мы не вполне понимаем смысл этого высказывания, поскольку его Настройщик Мысли давно уже был персонализированным и существовал поэтому отдельно от человеческого воплощения Иисуса. Физическая смерть Учителя на кресте никак не могла повлиять на его Персонализированного Настройщика. То, что Иисус предал в тот момент в руки Отца, должно было быть духовным аналогом первоначальной деятельности Настройщика по одухотворению человеческого ума с тем, чтобы обеспечить перемещение слепка с человеческого опыта в миры-обители. В опыте Иисуса должна была быть некая духовная сущность, аналогичная духовной природе, или душе, возрастающих в вере смертных из сфер. Но это только лишь наше мнение — мы не знаем, что именно Иисус, в действительности, предал Отцу.

188:3.4 (2014.7) We are not able fully to explain just what happened to Jesus of Nazareth during this period of a day and a half when he was supposed to be resting in Joseph’s new tomb. Apparently he died the same natural death on the cross as would any other mortal in the same circumstances. We heard him say, “Father, into your hands I commend my spirit.” We do not fully understand the meaning of such a statement inasmuch as his Thought Adjuster had long since been personalized and so maintained an existence apart from Jesus’ mortal being. The Master’s Personalized Adjuster could in no sense be affected by his physical death on the cross. That which Jesus put in the Father’s hands for the time being must have been the spirit counterpart of the Adjuster’s early work in spiritizing the mortal mind so as to provide for the transfer of the transcript of the human experience to the mansion worlds. There must have been some spiritual reality in the experience of Jesus which was analogous to the spirit nature, or soul, of the faith-growing mortals of the spheres. But this is merely our opinion — we do not really know what Jesus commended to his Father.

    Мы знаем, что физическая форма Учителя покоилась там, в гробнице Иосифа, примерно до трех часов утра в воскресенье, но у нас нет никакой ясности относительно статуса личности Иисуса в течение этого тридцатишестичасового периода. Иногда мы пробуем объяснять себе все это примерно следующим образом:

188:3.5 (2015.1) We know that the physical form of the Master rested there in Joseph’s tomb until about three o’clock Sunday morning, but we are wholly uncertain regarding the status of the personality of Jesus during that period of thirty-six hours. We have sometimes dared to explain these things to ourselves somewhat as follows:

    1. Сознание Михаила как Творца должно было быть целиком и полностью независимым от связанного с ним человеческого сознания физического воплощения.

188:3.6 (2015.2) 1. The Creator consciousness of Michael must have been at large and wholly free from its associated mortal mind of the physical incarnation.

    2. Мы знаем, что прежний Настройщик Мысли Иисуса весь этот период присутствовал на земле и лично командовал собравшимся небесным воинством.

188:3.7 (2015.3) 2. The former Thought Adjuster of Jesus we know to have been present on earth during this period and in personal command of the assembled celestial hosts.

    3. Приобретенная духовная идентичность человека из Назарета, которая сформировалась в течение его жизни во плоти сначала непосредственными усилиями его Настройщика Мысли, а позже благодаря его собственной способности устанавливать безупречный баланс между физическими потребностями и духовными требованиями идеального человеческого существования, так как всегда определялась сделанным им выбором следовать воле Отца, по-видимому, была вверена попечению Райского Отца. Вернулась ли эта духовная сущность, чтобы стать частью воскресшей личности, мы не знаем, но полагаем, что да. Но во вселенной есть и те, кто полагают, что эта душа-идентичность Иисуса покоится теперь на «лоне Отца» и впоследствии появится вновь, чтобы возглавить Небадонский Отряд Финалитов в его пока еще нераскрытом предназначении в связи с несотворенными вселенными неорганизованных сфер внешнего космоса.

188:3.8 (2015.4) 3. The acquired spirit identity of the man of Nazareth which was built up during his lifetime in the flesh, first, by the direct efforts of his Thought Adjuster, and later, by his own perfect adjustment between the physical necessities and the spiritual requirements of the ideal mortal existence, as it was effected by his never-ceasing choice of the Father’s will, must have been consigned to the custody of the Paradise Father. Whether or not this spirit reality returned to become a part of the resurrected personality, we do not know, but we believe it did. But there are those in the universe who hold that this soul-identity of Jesus now reposes in the “bosom of the Father,” to be subsequently released for leadership of the Nebadon Corps of the Finality in their undisclosed destiny in connection with the uncreated universes of the unorganized realms of outer space.

    4. Мы полагаем, что человеческое, или смертное, сознание Иисуса спало в течение этих тридцати шести часов. У нас есть основание считать, что Иисус-человек ничего не знал о том, что происходило в этот период во вселенной. Для человеческого сознания не было никакого провала во времени; воскресение к жизни последовало за сном смерти, словно в тот же миг.

188:3.9 (2015.5) 4. We think the human or mortal consciousness of Jesus slept during these thirty-six hours. We have reason to believe that the human Jesus knew nothing of what transpired in the universe during this period. To the mortal consciousness there appeared no lapse of time; the resurrection of life followed the sleep of death as of the same instant.

    И это более или менее все, что мы можем сказать относительно состояния Иисуса в течение всего периода погребения. Существуют еще некоторые факты, имеющие к этому отношение, о которых можно упомянуть, хотя вряд ли мы компетентны их истолковать.

188:3.10 (2015.6) And this is about all we can place on record regarding the status of Jesus during this period of the tomb. There are a number of correlated facts to which we can allude, although we are hardly competent to undertake their interpretation.

    В обширном дворе залов воскресения первого мира-обители Сатании сейчас можно заметить великолепное материально-моронтийное сооружение, известное как «Памятник Михаилу», на котором стоит сейчас печать Гавриила. Этот памятник был создан вскоре после ухода Михаила из этого мира, и на нем начертано: «В ознаменование смертной жизни Иисуса из Назарета на Урантии».

188:3.11 (2015.7) In the vast court of the resurrection halls of the first mansion world of Satania, there may now be observed a magnificent material-morontia structure known as the “Michael Memorial,” now bearing the seal of Gabriel. This memorial was created shortly after Michael departed from this world, and it bears this inscription: “In commemoration of the mortal transit of Jesus of Nazareth on Urantia.”

    Существуют свидетельства того, что в течение этого периода высший совет Спасограда, насчитывающий сто членов, проводил на Урантии организационное совещание с Гавриилом. Есть также свидетельства, что в это время Древние Дней Уверсы общались с Михаилом по поводу статуса вселенной Небадон.

188:3.12 (2016.1) There are records extant which show that during this period the supreme council of Salvington, numbering one hundred, held an executive meeting on Urantia under the presidency of Gabriel. There are also records showing that the Ancients of Days of Uversa communicated with Michael regarding the status of the universe of Nebadon during this time.

    Мы знаем, что Михаил и находившийся на Спасограде Иммануил обменялись, по меньшей мере, одним сообщением, пока тело Учителя лежало в гробнице.

188:3.13 (2016.2) We know that at least one message passed between Michael and Immanuel on Salvington while the Master’s body lay in the tomb.

    Есть веские основания полагать, что некто занимал место Калигастии в системном совете Планетарных Принцев на Иерусеме, который был созван в то время, пока тело Иисуса покоилось в гробнице.

188:3.14 (2016.3) There is good reason for believing that some personality sat in the seat of Caligastia in the system council of the Planetary Princes on Jerusem which convened while the body of Jesus rested in the tomb.

    Свидетельство из Эдентии указывает на то, что Отец созвездия Норлатиадек был на Урантии и получал указания от Михаила во время погребения.

188:3.15 (2016.4) The records of Edentia indicate that the Constellation Father of Norlatiadek was on Urantia, and that he received instructions from Michael during this time of the tomb.

    И есть много других свидетельств, указывающих на то, что не вся личность Иисуса спала и была в бессознательном состоянии в течение времени бесспорной физической смерти.

188:3.16 (2016.5) And there is much other evidence which suggests that not all of the personality of Jesus was asleep and unconscious during this time of apparent physical death.

4. Значение смерти на кресте   

4. Meaning of the Death on the Cross

    Хотя Иисус умер такой смертью на кресте не для того, чтобы искупить общечеловеческую вину смертных людей, и не для того, чтобы обеспечить некий успешный подход к Богу, который без этого остался бы оскорбленным и неумолимым; хотя Сын Человеческий и не приносил себя в жертву для того, чтобы умиротворить гнев Бога и открыть грешному человеку путь к обретению спасения; несмотря на то, что эти представления об искуплении и искупительной жертве ошибочны, тем не менее, смерть Иисуса на кресте имела значение, которое не следует оставлять без внимания. Фактом является то, что Урантия стала известна на соседних обитаемых планетах как «Мир Креста».

188:4.1 (2016.6) Although Jesus did not die this death on the cross to atone for the racial guilt of mortal man nor to provide some sort of effective approach to an otherwise offended and unforgiving God; even though the Son of Man did not offer himself as a sacrifice to appease the wrath of God and to open the way for sinful man to obtain salvation; notwithstanding that these ideas of atonement and propitiation are erroneous, nonetheless, there are significances attached to this death of Jesus on the cross which should not be overlooked. It is a fact that Urantia has become known among other neighboring inhabited planets as the “World of the Cross.”

    Иисус пожелал прожить полную человеческую жизнь во плоти на Урантии. Смерть, естественно, есть часть жизни. Смерть — это последний акт в человеческой драме. При ваших благонамеренных попытках избежать суеверных ошибок превратного истолкования значения смерти на кресте следует остерегаться величайшей ошибки непонимания истинной значимости и подлинного смысла смерти Учителя.

188:4.2 (2016.7) Jesus desired to live a full mortal life in the flesh on Urantia. Death is, ordinarily, a part of life. Death is the last act in the mortal drama. In your well-meant efforts to escape the superstitious errors of the false interpretation of the meaning of the death on the cross, you should be careful not to make the great mistake of failing to perceive the true significance and the genuine import of the Master’s death.

    Смертный человек никогда не находился во власти архиобманщиков. Иисус умер не для того, чтобы через искупление освободить человека из-под власти правителей-отступников и падших принцев сфер. Отец Небесный никогда не замышлял такой недопустимой несправедливости, как проклятие души смертного из-за греховности его предков. И смерть Учителя на кресте не была жертвой, имеющей целью возместить Богу тот долг, который появился по отношению к нему у человеческого рода.

188:4.3 (2016.8) Mortal man was never the property of the archdeceivers. Jesus did not die to ransom man from the clutch of the apostate rulers and fallen princes of the spheres. The Father in heaven never conceived of such crass injustice as damning a mortal soul because of the evil-doing of his ancestors. Neither was the Master’s death on the cross a sacrifice which consisted in an effort to pay God a debt which the race of mankind had come to owe him.

    До того, как Иисус жил на земле, еще могли быть основания верить в подобного Бога, но только не после того, как Учитель жил и умер среди ваших смертных собратьев. Моисей учил о достоинстве и справедливости Бога-Творца; но Иисус представил любовь и милосердие небесного Отца.

188:4.4 (2016.9) Before Jesus lived on earth, you might possibly have been justified in believing in such a God, but not since the Master lived and died among your fellow mortals. Moses taught the dignity and justice of a Creator God; but Jesus portrayed the love and mercy of a heavenly Father.

    Животная природа — склонность творить зло — может быть наследственной, но грех не передается от родителя к ребенку. Грех — это акт сознательного и преднамеренного бунта против воли Отца и законов Сына со стороны создания, имеющего собственную волю.

188:4.5 (2016.10) The animal nature — the tendency toward evil-doing — may be hereditary, but sin is not transmitted from parent to child. Sin is the act of conscious and deliberate rebellion against the Father’s will and the Sons’ laws by an individual will creature.

    Иисус жил и умер ради всей вселенной, а не только ради народов одного лишь этого мира. Хотя смертные сфер обретали спасение еще до того, как Иисус жил и умер на Урантии, тем не менее, фактом является то, что его пришествие в этот мир ярко осветило путь к спасению; его смерть сыграла большую роль в обретении навечно уверенности в продолжении жизни человека после телесной смерти.

188:4.6 (2017.1) Jesus lived and died for a whole universe, not just for the races of this one world. While the mortals of the realms had salvation even before Jesus lived and died on Urantia, it is nevertheless a fact that his bestowal on this world greatly illuminated the way of salvation; his death did much to make forever plain the certainty of mortal survival after death in the flesh.

    Хотя едва ли уместно говорить о том, что Иисус принес себя в жертву во искупление грехов или во избавление, совершенно правильно называть его спасителем. Он навеки сделал путь к спасению (сохранению жизни) более ясным и несомненным; он лучше и с большей определенностью указал путь к спасению всем смертным во всех мирах вселенной Небадон.

188:4.7 (2017.2) Though it is hardly proper to speak of Jesus as a sacrificer, a ransomer, or a redeemer, it is wholly correct to refer to him as a savior. He forever made the way of salvation (survival) more clear and certain; he did better and more surely show the way of salvation for all the mortals of all the worlds of the universe of Nebadon.

    Усвоив раз и навсегда представление о Боге как об истинном и любящем Отце — то единственное, чему лишь и учил Иисус, — вы должны впредь со всей последовательностью полностью отказаться от всех примитивных представлений о Боге как о своенравном владыке, неумолимом и всесильном правителе, который находит главное удовольствие в том, чтобы уличать своих подданных в проступках и следить, чтобы они должным образом были наказаны, если только какое-то существо, почти равное ему, не вызовется добровольно пострадать за них, умереть взамен и вместо них. Вся идея искупления и искупительной жертвы несовместима с тем понятием о Боге, которому учил и служил примером Иисус из Назарета. Беспредельная любовь Бога превыше всего в божественной природе.

188:4.8 (2017.3) When once you grasp the idea of God as a true and loving Father, the only concept which Jesus ever taught, you must forthwith, in all consistency, utterly abandon all those primitive notions about God as an offended monarch, a stern and all-powerful ruler whose chief delight is to detect his subjects in wrongdoing and to see that they are adequately punished, unless some being almost equal to himself should volunteer to suffer for them, to die as a substitute and in their stead. The whole idea of ransom and atonement is incompatible with the concept of God as it was taught and exemplified by Jesus of Nazareth. The infinite love of God is not secondary to anything in the divine nature.

    Все эти представления об искуплении и спасении через жертву коренятся и зиждутся на себялюбии. Иисус учил, что служение своим ближним есть высочайшая идея братства духовно верующих. Тем, кто верит в отцовство Бога, следует рассматривать спасение как нечто само собой разумеющееся. Главной заботой верующего должно быть не эгоистичное желание личного спасения, но самоотверженное стремление любить своих ближних и, в силу этого, служить им точно так же, как любил смертных людей и как служил им Иисус.

188:4.9 (2017.4) All this concept of atonement and sacrificial salvation is rooted and grounded in selfishness. Jesus taught that service to one’s fellows is the highest concept of the brotherhood of spirit believers. Salvation should be taken for granted by those who believe in the fatherhood of God. The believer’s chief concern should not be the selfish desire for personal salvation but rather the unselfish urge to love and, therefore, serve one’s fellows even as Jesus loved and served mortal men.

    Истинные верующие не слишком тревожатся по поводу наказания за грехи в будущем. Подлинного верующего беспокоит лишь разобщение с Богом в настоящем. Правда, что мудрые отцы могут наказывать своих сыновей, но они делают это, любя и стремясь исправить. Они не карают в гневе и не свершают возмездие.

188:4.10 (2017.5) Neither do genuine believers trouble themselves so much about the future punishment of sin. The real believer is only concerned about present separation from God. True, wise fathers may chasten their sons, but they do all this in love and for corrective purposes. They do not punish in anger, neither do they chastise in retribution.

    Даже если бы Бог был суровым и жестко опирающимся на закон владыкой вселенной, в которой правосудие было бы превыше всего, его наверняка не удовлетворила бы простая замена виновного правонарушителя на того, кто готов невинно пострадать.

188:4.11 (2017.6) Even if God were the stern and legal monarch of a universe in which justice ruled supreme, he certainly would not be satisfied with the childish scheme of substituting an innocent sufferer for a guilty offender.

    Самое потрясающее в смерти Иисуса в плане обогащения человеческого опыта и расширения пути к спасению — это не факт его смерти, а величественное поведение и несравненный дух, с которым он встретил смерть.

188:4.12 (2017.7) The great thing about the death of Jesus, as it is related to the enrichment of human experience and the enlargement of the way of salvation, is not the fact of his death but rather the superb manner and the matchless spirit in which he met death.

    Вся идея искупления переводит спасение на уровень ирреального; такое представление является чисто философским. Человеческое спасение — реально; оно основано на двух реалиях, которые могут быть постигнуты верой создания и, тем самым, включены в индивидуальный человеческий опыт: факте отцовства Бога и связанной с ним истине братства людей. В конце концов, действительно, вам будут «прощать долги ваши, как и вы прощаете должникам вашим».

188:4.13 (2017.8) This entire idea of the ransom of the atonement places salvation upon a plane of unreality; such a concept is purely philosophic. Human salvation is real; it is based on two realities which may be grasped by the creature’s faith and thereby become incorporated into individual human experience: the fact of the fatherhood of God and its correlated truth, the brotherhood of man. It is true, after all, that you are to be “forgiven your debts, even as you forgive your debtors.”

5. Уроки креста   

5. Lessons from the Cross

    Крест Иисуса в полной мере являет величайшую любовь истинного пастыря даже к недостойным членам своего стада. Он навсегда ставит все отношения между Богом и человеком на семейную основу. Бог — это Отец; человек — его сын. Основной истиной во вселенских отношениях между Творцом и созданием становится любовь, любовь отца к своему сыну — а не правосудие царя, требующее расплаты в виде страданий и наказания совершившего зло подданного.

188:5.1 (2017.9) The cross of Jesus portrays the full measure of the supreme devotion of the true shepherd for even the unworthy members of his flock. It forever places all relations between God and man upon the family basis. God is the Father; man is his son. Love, the love of a father for his son, becomes the central truth in the universe relations of Creator and creature — not the justice of a king which seeks satisfaction in the sufferings and punishment of the evil-doing subject.

    Крест на веки вечные показывает, что в основе отношения Иисуса к грешникам лежало не осуждение и не терпимость, но вечное и исполненное любви спасение. Иисус поистине является спасителем в том смысле, что его жизнь и смерть склоняет людей к добродетели и спасению праведностью. Иисус настолько любит людей, что его любовь пробуждает в человеческом сердце ответную любовь. Любовь поистине заразительна и извечно созидательна. Смерть Иисуса на кресте являет пример любви, которая настолько сильна и божественна, что в состоянии простить грех и поглотить все зло. Иисус открыл этому миру праведность более высокого свойства, чем правосудие — чисто юридические права и правонарушения. Божественная любовь не просто прощает проступки; она поглощает и, фактически, изничтожает их. Прощение, идущее от любви, во многом превосходит прощение, идущее от милосердия. Милосердие откладывает вину за совершенное зло в сторону; любовь же навсегда изничтожает грех и все вытекающие из него недостатки. Иисус принес на Урантию новый образ жизни. Он учил нас не противостоять злу, но находить через него добродетель, которая действенно уничтожает зло. Прощение Иисуса — это не терпимость; это спасение от осуждения. Спасение не игнорирует проступки; оно исправляет их. Истинная любовь не идет на компромисс и не мирится с ненавистью; она искореняет ее. Любовь Иисуса никогда не довольствуется простым прощением. Любовь Учителя несет исправление, вечную жизнь. Совершенно правильно говорить о спасении как об искуплении, если иметь в виду это вечное исправление.

188:5.2 (2018.1) The cross forever shows that the attitude of Jesus toward sinners was neither condemnation nor condonation, but rather eternal and loving salvation. Jesus is truly a savior in the sense that his life and death do win men over to goodness and righteous survival. Jesus loves men so much that his love awakens the response of love in the human heart. Love is truly contagious and eternally creative. Jesus’ death on the cross exemplifies a love which is sufficiently strong and divine to forgive sin and swallow up all evil-doing. Jesus disclosed to this world a higher quality of righteousness than justice — mere technical right and wrong. Divine love does not merely forgive wrongs; it absorbs and actually destroys them. The forgiveness of love utterly transcends the forgiveness of mercy. Mercy sets the guilt of evil-doing to one side; but love destroys forever the sin and all weakness resulting therefrom. Jesus brought a new method of living to Urantia. He taught us not to resist evil but to find through him a goodness which effectually destroys evil. The forgiveness of Jesus is not condonation; it is salvation from condemnation. Salvation does not slight wrongs; it makes them right. True love does not compromise nor condone hate; it destroys it. The love of Jesus is never satisfied with mere forgiveness. The Master’s love implies rehabilitation, eternal survival. It is altogether proper to speak of salvation as redemption if you mean this eternal rehabilitation.

    Иисус силой своей личной любви к людям смог сокрушить власть греха и зла. Тем самым он предоставил людям свободу выбирать лучший образ жизни. Иисус обрисовал освобождение от прошлого, что уже само по себе сулило триумф в будущем. Прощение, таким образом, обеспечило спасение. Величественная красота божественной любви, в полной мере принятой однажды человеческим сердцем, навсегда разрушает очарование греха и власть зла.

188:5.3 (2018.2) Jesus, by the power of his personal love for men, could break the hold of sin and evil. He thereby set men free to choose better ways of living. Jesus portrayed a deliverance from the past which in itself promised a triumph for the future. Forgiveness thus provided salvation. The beauty of divine love, once fully admitted to the human heart, forever destroys the charm of sin and the power of evil.

    Страдания Иисуса не ограничивались распятием. В действительности, Иисус из Назарета провел свыше двадцати пяти лет на кресте реального напряженного человеческого существования. Подлинное значение креста заключается в том, что это было верховное и окончательное выражение его любви, абсолютное проявление его милосердия.

188:5.4 (2018.3) The sufferings of Jesus were not confined to the crucifixion. In reality, Jesus of Nazareth spent upward of twenty-five years on the cross of a real and intense mortal existence. The real value of the cross consists in the fact that it was the supreme and final expression of his love, the completed revelation of his mercy.

    В миллионах обитаемых миров десятки триллионов развивающихся созданий, у которых могло появиться искушение прекратить моральную борьбу и отказаться от благой битвы за веру, еще раз взглянули на Иисуса на кресте и снова устремились вперед, вдохновленные зрелищем того, как Бог отдал свою жизнь во плоти во имя самоотверженного служения человеку.

188:5.5 (2018.4) On millions of inhabited worlds, tens of trillions of evolving creatures who may have been tempted to give up the moral struggle and abandon the good fight of faith, have taken one more look at Jesus on the cross and then have forged on ahead, inspired by the sight of God’s laying down his incarnate life in devotion to the unselfish service of man.

    Триумф смерти на кресте в сущности своей проявляется в том, как Иисус относился к тем, кто творил над ним насилие. Он сделал крест вечным символом торжества любви над ненавистью и победы истины над злом, когда молился: «Отче, прости их, ибо не ведают, что творят». Эта беззаветная приверженность любви передалась всей обширной вселенной; ученики восприняли ее от своего Учителя. Самый первый из проповедников его евангелия, отдавший жизнь за это служение, сказал, когда его насмерть забивали камнями: «Не ставь этот грех им в вину».

188:5.6 (2018.5) The triumph of the death on the cross is all summed up in the spirit of Jesus’ attitude toward those who assailed him. He made the cross an eternal symbol of the triumph of love over hate and the victory of truth over evil when he prayed, “Father, forgive them, for they know not what they do.” That devotion of love was contagious throughout a vast universe; the disciples caught it from their Master. The very first teacher of his gospel who was called upon to lay down his life in this service, said, as they stoned him to death, “Lay not this sin to their charge.”

    Крест в высшей степени взывает к самому лучшему в человеке, потому что он символизирует того, кто с готовностью отдал жизнь в служении своим ближним. Никакая другая любовь ни у одного человека не может быть больше, чем та, благодаря которой он готов отдать жизнь за своих друзей, — а у Иисуса была именно такая любовь, благодаря которой он с готовностью отдал жизнь за врагов своих, любовь более великая, чем любая известная дотоле на земле.

188:5.7 (2018.6) The cross makes a supreme appeal to the best in man because it discloses one who was willing to lay down his life in the service of his fellow men. Greater love no man can have than this: that he would be willing to lay down his life for his friends — and Jesus had such a love that he was willing to lay down his life for his enemies, a love greater than any which had hitherto been known on earth.

    Равно как и на Урантии, в других мирах это величественное зрелище смерти Иисуса-человека на кресте Голгофы всколыхнуло чувства смертных и пробудило высочайшую преданность ангелов.

188:5.8 (2019.1) On other worlds, as well as on Urantia, this sublime spectacle of the death of the human Jesus on the cross of Golgotha has stirred the emotions of mortals, while it has aroused the highest devotion of the angels.

    Крест — это высокий символ священного служения, посвящения своей жизни благоденствию и спасению своих ближних. Крест — это не символ принесения в жертву невинного Сына Бога взамен виновных грешников и с целью смирить гнев рассерженного Бога; но он вечно стоит на земле и во всей обширной вселенной как священный символ самодарования благих тем кто подвержен злу, и спасения их через эту самую беззаветную любовь. Крест стоит как символ высочайшего бескорыстного служения, верховной приверженности полностью посвятить праведную жизнь делу беззаветного служения, готовности отдать ее, умереть на кресте. И один лишь вид этого великого символа принесенной в дар жизни Иисуса поистине вселяет во всех нас желание идти тем же путем и поступать подобным же образом.

188:5.9 (2019.2) The cross is that high symbol of sacred service, the devotion of one’s life to the welfare and salvation of one’s fellows. The cross is not the symbol of the sacrifice of the innocent Son of God in the place of guilty sinners and in order to appease the wrath of an offended God, but it does stand forever, on earth and throughout a vast universe, as a sacred symbol of the good bestowing themselves upon the evil and thereby saving them by this very devotion of love. The cross does stand as the token of the highest form of unselfish service, the supreme devotion of the full bestowal of a righteous life in the service of wholehearted ministry, even in death, the death of the cross. And the very sight of this great symbol of the bestowal life of Jesus truly inspires all of us to want to go and do likewise.

    Мыслящие мужчины и женщины, видя, как Иисус отдает на кресте свою жизнь, вряд ли снова позволят себе жаловаться даже на самые суровые тяготы жизни, а уж тем более, на мелкие неприятности и свои многочисленные исключительно воображаемые обиды. Его жизнь была настолько славной, а его смерть настолько триумфальной, что у всех нас возникает желание жить и умереть так же. Во всем пришествии Михаила, от дней его юности и до этой поразительной смерти на кресте, есть подлинная притягательная сила.

188:5.10 (2019.3) When thinking men and women look upon Jesus as he offers up his life on the cross, they will hardly again permit themselves to complain at even the severest hardships of life, much less at petty harassments and their many purely fictitious grievances. His life was so glorious and his death so triumphant that we are all enticed to a willingness to share both. There is true drawing power in the whole bestowal of Michael, from the days of his youth to this overwhelming spectacle of his death on the cross.

    Рассматривая крест как откровение Бога, вы не должны воспринимать его как первобытный человек или примитивный варвар, которые — как тот, так и другой — считали Бога безжалостным Правителем, воплощением неумолимого правосудия и суровой кары закона. Скорее старайтесь видеть в кресте конечное проявление любви и преданности Иисуса своей жизненной миссии пришествия к смертным своей обширной вселенной. Увидьте в смерти Сына Человеческого высшее проявление божественной любви Отца к своим сыновьям из смертных сфер. Крест, таким образом, олицетворяет чувство вольно отдаваемой любви и дарование безвозбранного спасения тем, кто желает получить такой дар и такую преданность. В кресте не было ничего такого, чего бы требовал Отец, — а только лишь то, что Иисус сам с такой готовностью дал и от чего не пожелал уклониться.

188:5.11 (2019.4) Make sure, then, that when you view the cross as a revelation of God, you do not look with the eyes of the primitive man nor with the viewpoint of the later barbarian, both of whom regarded God as a relentless Sovereign of stern justice and rigid law-enforcement. Rather, make sure that you see in the cross the final manifestation of the love and devotion of Jesus to his life mission of bestowal upon the mortal races of his vast universe. See in the death of the Son of Man the climax of the unfolding of the Father’s divine love for his sons of the mortal spheres. The cross thus portrays the devotion of willing affection and the bestowal of voluntary salvation upon those who are willing to receive such gifts and devotion. There was nothing in the cross which the Father required — only that which Jesus so willingly gave, and which he refused to avoid.

    Если человек никак иначе не может оценить Иисуса и понять значение его пришествия на землю, то он может, по крайней мере, понять сродство его человеческих страданий. Ни один человек никогда не может опасаться, что Творец не понимает сущность и меру его преходящих страданий.

188:5.12 (2019.5) If man cannot otherwise appreciate Jesus and understand the meaning of his bestowal on earth, he can at least comprehend the fellowship of his mortal sufferings. No man can ever fear that the Creator does not know the nature or extent of his temporal afflictions.

    Мы знаем, что смерть на кресте имела целью не осуществить примирение Бога с человеком, но побудить человека осознать вечную любовь Отца и бесконечное милосердие его Сына и возвестить всей вселенной эти вселенские истины.

188:5.13 (2019.6) We know that the death on the cross was not to effect man’s reconciliation to God but to stimulate man’s realization of the Father’s eternal love and his Son’s unending mercy, and to broadcast these universal truths to a whole universe.





Back to Top